September 26th, 2013

В Общественно-политическом центре Игоря Трунова прошёл круглый стол

"Российская политика, дискриминирующая женщин".
Модератор - профессор, доктор юридических наук, директор Института правовой политики, член Научно-консультативного Совета при Федеральной палате адвокатов России, почетный адвокат России, член-корреспондент РАЕН - Людмила Константиновна Айвар.

P1060485

P1060489

Речь шла в основном о неработоспособных законах, защищающих права женщин. Мне понравилась атмосфера конструктива и дружелюбия и в очередной раз неприятно удивили цифры : из 230 генералов России - женщин-генеральш всего 27!

«Известия» выяснили, на кого работают осужденные женщины,

сидящие вместе с Надеждой Толоконниковой
Колония № 14 обшивает бывшего депутата Госдумы

Осужденные женщины из мордовской колонии № 14, за которых заступилась участница Pussy Riot Надежда Толоконникова, работают на экс-депутата Госдумы, единоросса и миллиардера Владимира Головнева. Его компания «Восток-Сервис», по версии Forbes, занимает 157-е место в списке «200 непубличных компаний» и ее акции не продаются на рынке.

expert_829_041_jpg_625x625_q70

Владимир Головнев

Как выяснили «Известия», «Восток-Сервис» - крупнейший частный заказчик мордовских лагерей, а швейная фабрика ИК-14, по отчетам ФСИН, считается лучшим производством на зоне. Большинство фирм, занимающихся спецодеждой, львиную долю своих заказов отшивают на зонах, а в мордовские колонии отправляют самые сложные заказы. В той же ИК-14 в прошлом году на «швейке» заработали больше 70 млн рублей.

Женская исправительная колония № 14, расположенная в мордовском поселке Парца, в центре скандала уже несколько дней. Надежда Толоконникова из Pussy Riot написала открытое письмо, в котором рассказала о невыносимых условиях, в которых работают осужденные.

По ее словам, заключенные пашут на швейном производстве по 16-17 часов в день.

«Сон в лучшем случае по 4 часа в день. Выходной случается раз в полтора месяца, все воскресенья – рабочие», - написала Толоконникова.

Также она рассказала об избиениях осужденных, беспределе администрации и и угрозах в ее адрес со стороны замначальника колонии Юрия Куприянова.

В знак протеста с тюремным рабством и беспределом она объявила голодовку.

Во ФСИН утверждают, что условия труда в этой колонии нормальные, как и на воле тут восьми часовой рабочий день, а швейная фабрика работает в две смены. Женщины шьют форму для сотрудников ФСИН и робы для других заключенных.

В этом году «швейка» ИК-14 получила три госконтракта от Центральной базы материально-технического и военного снабжения УФСИН Мордовии на общую сумму 7,8 млн. К Новому году осужденные должны сшить 8 тыс. хлопчатобумажных летних панталон, 6,5 тыс. мужских маек, 1,5 тыс. комплектов мужского и женского нательного белья, 700 женских брюк, 2000 утепленных курток, 1000 юбок, 500 шапок ушанок и 3000 галстуков.

Однако, как выяснили «Известия», помимо госзаказа, швейка успешно обслуживает сторонних заказчиков с воли. Главные работодатели: «Восток-Сервис», «Магеллан» и «Техноавиа» - компании, которые выпускают и продают спецодежду и униформу.

Годовой оборот группы компаний «Восток –сервис» - более 18 млрд рублей. По оценке экспертов, их продукция составляет треть рынка всей спецодежды в России. Президент компании и основной владелец - экс-депутат Госдумы от "Единой России", член генерального совета «Деловой России» Владимир Головнев.

У «Восток-Сервиса» есть несколько подразделений в Европе, более 200 фирменных магазинов в России и зарубежом, шесть предприятий по производству одежды и три обуви. При этом, хоть этот факт нигде не афишируется, довольно большая часть продукции «Восток-Сервиса» шьется в исправительных колониях.

Лишь однажды топ-менеджер компании Евгений Шувалов рассказал как о курьезном факте, что в лихие 90-е у фирмы были контракты с зонами.

– Порой разговариваешь с милейшим человеком, мастером участка, а выясняется, что он сидит за три убийства, - вспоминал Шувалов в интервью журналу «Секрет фирмы». - Директора производств этих зон оказались крупными специалистами в вопросах пошива спецодежды и обуви. Они снабжали нас профессиональными книжками из своих тюремных библиотек: по ним заключенные обучались рабочим специальностям. Все это было нужно для того, чтобы научиться разговаривать с партнерами на одном языке и понимать нюансы ремесла.

Экс-сотрудник мордовской колонии № 12 Геннадий Зубов говорит, что в начале «нулевых» фуры «Восток-Сервиса» в мордовские лагеря шли "нескончаемым потоком".

- Машины везли в зоны материал, а назад увозили готовую продукцию: комбинезоны, камуфляж, рукавицы, - рассказывает он. – На швейке работают и бабы, и мужики, и это основное производство в мордовских зонах, а не лесоповал, как многие думают.

Наша промзона, вспоминает другой сотрудник колонии, работала в три смены, без выходных, а за невыполнение плана зеков нещадно наказывали.

- Их либо сажали в ШИЗО (штрафной изолятор), либо с ними проводили беседы мастера и бригадиры, после которых мужики выходили окровавленными, - описывает он трудовые будни. - Тоже самое творилось и на женских зонах.

Правозащитница Людмила Альперн, которая уже больше 20 лет ездит с инспекциями по женским колониям, говорит, что с тех пор в мордовских лагерях мало что изменилось.

- Женщины пашут больше мужиков, при этом мужчины могут взбунтоваться, если им через чур завысят норму, а женщины терпят – ни одного бунта в женских зонах ни разу не было.

«Восток–Сервис» также считается одним из самых крупных заказчиков, это удобно, производства всего в 450 км от Москвы.

- Предприниматели, размещая заказ в колонии, экономят на подоходных налогах, выплатах в фонд социального страхования и пенсионный фонд, эти все расходы ложатся на плечи ФСИН, - утверждает руководитель проекта «Гулагу. нет» Владимир Осечкин. – Кроме того, они экономят на зарплате осужденным. Естественно, это очень выгодный и доходный бизнес.

Под видом заказчиков «Известия» позвонили в маркетинговую службу ИК-14 и поинтересовались, сколько времени займет пошив 2000 утепленных курток из материала заказчика и сколько это будет стоить. Оказалось, что в зависимости от модели цена пошива одной куртки составит от 250 до 470 рублей, при этом весь заказ заключенные выполнят за 2-3 недели.

Кроме «Восток-Сервиса», в мордовских зонах работают и другие компании: «Магеллан» и «Техноавиа».

«Магеллан» с 2002 года побеждает на тендерах, которые проводят МВД и Минобороны России, «мы принимает заказы на изготовление спецодежды, с разработкой лекала и ТО, от 10 000 костюмов», пишут они на своем сайте.

По данным базы «Спарк», ПФК «Магеллан» ветеранов МВД республики Башкирия была зарегистрирована в Москве в 2001 году, но ее головной офис располагается в Уфе. В 2013 году «Магеллан» был переименован в "Асторию". Компания владеет ООО «Военная сорочка». У фирмы есть представительства в Москве и Северной Осетии, выручка в 2011-м году составила более 360 млн рублей. Пояснить, на каких условиях они работают с мордовскими колониями в «Магеллане» отказались, сославшись на коммерческую тайну.

В 2012 году в ИК-14 свой швейный цех открыла компания «Техноавиа», которая входит в тройку крупнейших российских производителей спецодежды.

- На строительство здания швейки потратили 238 тыс. рублей, «полученных от внебюджетной деятельности учреждения». Так же там появилось новое оборудование на 0,5 млн рублей, и это дало 37 новых рабочих мест для осужденных, - говорится в официальном сообщении УФСИНа Мордовии.

Однако в самом «Техноавиа» от цеха в скандальной колонии поспешили откреститься.

- Все робы и униформу мы шьем на собственных фабриках и к услугам зеков не прибегаем, - заявили «Известиям» в компании.

Один из пунктов письма Надежды Толоконниковой, который всех поразил, - это оплата труда в колонии, 29 рублей в месяц.

- Надежда действительно показала нам такой «листок», - говорит правозащитница Мария Каннабих, которая находится сейчас с проверкой в ИК-14. – Однако у остальных осужденных были другие доходы: как и положено, им платят не меньше одного МРОТ, в Мордовии это 5200 руб, но на их лицевые счета идет не больше 25%, так положено по закону, остальное вычитают на питание, подоходный налог и т.п.

Профессор Александр Гришко, экс-руководитель НИИ ФСИН, говорит, что нормы производства на зоне такие же, как и на воле.

- У них обычные нормы, какие действуют в легкой промышленности, каких-то специальных «зэковских» планов нет, - объясняет Гришко. – Официально, у нас в колониях трудоустроено 80% осужденных, но это, на мой взгляд, неверная цифра. За работу бьются, большинство осужденных работают на полставки - так время идет быстрее и хоть какие-то деньги. Реально в полную силу работают процентов 35, не больше.

38-летняя Ольга Чушкова в ИК-14 провела 8 лет и умерла там же прошлым летом, от рака.

- Она ни разу не жаловалась мне, что их заставляют, у них всегда было две смены, так что это выдумки Толоконниковой про 16-ти часовой рабочий день, - говорит ее дочь Татьяна. – Да, их отвратительно кормят, мама всегда прибегала на свидание голодной и была рада любой еде, их там не лечат – ей диагноз поставили за неделю до смерти, хотя на нее уже было страшно смотреть. Но мама любила работу, ее подруги сами просили о переработке, чтобы больше выплачивать по искам.

Президент группы компаний «Восток-Сервис» Владимир Головнев говорит, что фирма уже 20 лет работает с мордовскими зонами, потому что там «серьезная дисциплина и отличное качество».

- УФСИНовцы в Мордовии молодцы, у них самое современное зарубежное оборудование, это я вам отвечаю, у них прекрасные швеи – самые сложные работы мы заказываем у них и все, кто работает на этом рынке, поступают так же, - рассказывает Головнев. – Да, это взаимовыгодное сотрудничество, но я много раз был на тех зонах и ни разу не почувствовал, что женщины меня ненавидят, я не верю в их трудовое рабство, как написала Толоконникова.

По словам Головнева, ИК-14, как и другие мордовские колонии, посещают десятки правозащитников и адвокатов и «если бы это было правдой, то давно бы всплыло".

- Мы платим колониям по нормальным расценкам, а как происходит расчет у них с осужденными – не знаю, но мне на месте называли другие цифры, сопоставимые с заработками в текстильной отрасли на воле, - говорит Головнев.

Средняя зарплата в текстильной отрасли, по данным Росстата, составляет 13,1 тыс. рублей.

Читайте далее: http://izvestia.ru/news/557694#ixzz2fwfbrk6Q

Откровения стюардессы

aeroflot-form-028

Оригинал взят у rus в Откровения стюардессы
Я работаю бортпроводником в одной из лидирующих авиакомпаний. Меня не задолбала моя работа — меня задолбали вы, «уважаемые пассажиры».

Пожалуйста, не надо при посадке останавливаться на входе и задавать очень умные и нужные вопросы.

Я не знаю, долетим мы или нет, я не экстрасенс.

Да, «Боинг». Да, лётчики опытные. И трезвые. Всегда. Самые опытные и самые трезвые летят именно сейчас.

Нет, нельзя садиться куда хочешь. Места надо занимать согласно посадочным талонам, потому что загрузка у нас полная.

[Spoiler (click to open)]
Женщина, я не знаю, куда вам поставить ваш баул два на два метра, который за каким-то хреном вы прёте в салон вместо того, чтобы сдать в багаж. Нет, «где-нибудь тут у вас» поставить не получится: места просто нет.

Мужчина, как это для вас ни удивительно, в самолёте нет холодильника, поэтому я не представляю, куда вам рыбу копчёную положить. В багаже, кстати, всяко холоднее. Всё правильно, пусть воняет на весь самолёт. Остальные пассажиры обязательно проникнутся, только вряд ли завистью.

Мужчина, ну что вы на меня кричите? Вы же не мне деньги на регистрации приплатили, чтоб вас посадили там, где ноги можно вытянуть. Так почему я виновата, что у вас не те места?

А вы что орёте? Спинки не откидываются?При эвакуации откинутые спинки будут мешать проходу к люкам. Я-то здесь при чём, что вам такие места достались? Зато ноги вытянуть можно.

Ладно, взлетели. Сок яблочный, томатный, апельсиновый. Нет, гранатового нет. И персикового. Честное слово. Даже за деньги. Ананасового тоже нет. Клянусь. Конечно, сок свежевыжатый. Мы вместе с лётчиками на взлёте лично его выжимаем в пачки из-под покупного.

Мясо с макаронами, курица с рисом, рыба с картошкой. Нет, женщина, я не могу сделать мясо с рисом. Я не виновата, что ближе к хвосту осталась только рыба. Это не ресторан. И не надо на меня орать. Ах, у тебя за всё уплочено и всё включено?Давай-ка, дорогой мой товарищ из провинциального города, я объясню тебе кое-что. Самолёт — это общественный транспорт. А «всё включено» у тебя начнётся строго тогда, когда ты в своём номере в отеле на носки не кроссовки, а сланцы наденешь, а на попу вместо семейных трусов в огурцах — то, что искренне считаешь плавками. И ни минутой раньше.

Чай, кофе? Нет, женщина, зелёного чая нет. Согласна, беспредел. Конечно, кофе варёный. Как только мы сок довыжимаем, сразу кофе начинаем в ведре варить на двести человек. Да, молоко свежее. Насколько свежее? Не волнуйтесь, утреннего удоя. Поели-попили? Слава Богу…

Нет, мужчина, покурить нельзя. Нигде. Даже за деньги. Даже за 500 рублей. Даже в нашей комнате отдыха. Если ты покажешь мне нашу комнату отдыха, я вместе с тобой с удовольствием покурю.

Да, работа нравится. Летать не боюсь. Аварийных случаев не было. Нет, сексом в полёте не занималась. Даже с лётчиками. И с проводниками не занималась. И с пассажирами. И с грузчиками, и с техниками, и с супервайзерами я сексом в полёте не занималась. Боже, дай мне сил…

А покурить всё равно нельзя, потому что самолёт выгорает полностью за две минуты, а чтоб аварийно снизиться, надо как минимум двадцать, и то если будет куда. Улавливаешь? Не знаю, как тебе, а мне моя жизнь дорога как память.

А ты? Ну что же ты сразу воды не попросил, когда это сделал твой сосед, а когда я ему принесла, ты «вспомнил», что тоже пить хочешь? Ты думаешь, мне доставляет удовольствие бегать туда-сюда по несколько раз? Ах, это моя работа, мне за это деньги платят… Давай я и тебе открою сокровенное: деньги мне платят за обеспечение твоей безопасности — и только. То есть в моей должностной инструкции прописано, что я обязана тебя спасать при аварии и пытаться откачать, если тебе плохо вдруг станет. То, что я разношу еду и воду, это, так сказать, акт доброй воли. Так что подними свой зад впервые за четыре часа полёта и сходи за водой — хоть разомнёшься. Мы, к твоему сведению, ещё даже не присели ни разу.

Нет, женщина, ваш парашют не украли. И не пропили. Его изначально не было. Честное слово.

Грибалка со звездами на озере Жижицкое. Экскурсия в Великие Луки.

Когда предложили поехать на это мероприятие, я почти не раздумывала, потому, что очень люблю ездить по России и никогда не была в Великих Луках. Добраться до точки можно было на комфортабельном автобусе, но мой муж, в целом человек мягкий, стоял на смерть, чтобы мы выбрали другое средство передвижения, за что я ему теперь страшно благодарна. Так что мы отделились от коллектива артистов и журналистов и купили билеты на поезд Москва-Рига до Великих Лук.

Рижский вокзал - один из самых трогательных в мире - с него уходит аж целых два поезда в сутки; но важно помнить, что поворот на него с кольца ужасный, в пробке можно простоять полчаса. Вагоны полупустые, везде разложены листовки о том, что купив три билета в купе Москва-Рига и Санкт-Петербург-Рига, вы получите третий бесплатно. Чисто, красиво, четко, вежливо, с чудесными печеньками. Но, чтобы не забывали, что "здесь вам не тут" вайфай включают только при переезде через латышскую границу.

В Волоколамске в дверь купе забарабанили, в ужасе переглянулись, что кого-то подсадят, но нарисовался немолодой радостный мужчина с "открытым русским лицом" и текстом : - Я к вам забежал передать привет от Игоря!
Игорем звали человека, обещавшего нас встретить.
- Игорь нас встречает в Великих Луках?
- Нет, он едет следующим поездом за вами.
- ...А кто же нас встречает? ...И вы сами откуда?
- Да я в Волоколамске дома строю. Следующим поездом догоню вас в Великих Луках.
- То есть вы из Волоколамска?
- Нет, я из Анапы...

Приготовились к тому, что в два часа ночи нас никто не встретит, что предстоит романтическая ночь на вокзальной скамейке, а утром или поиск дороги в деревню Жижица, или бесславное возвращение домой без всякой грибалки. Невесело выгрузились на стопроцентно пустой платформе со старинным зданием вокзала, но тут из ночи выплыли два мужчины богатырского сложения - великолукские братья Игорь и Владислав Головневы, закинули наши вещи в багажник джипа и покатили нас по совершенно темному городу.

Кто такой "волоколамский строитель из Анапы" они не знали", и от какого Игоря он передавал привет так и осталось глубокой загадкой. А встречавший нас Игорь оказался связанным с фестивалем воздухоплавания в Великих Луках, который теперь самое главное воздухоплавательное событие России. И мы невероятно благодарны братьям Головневым за заботу и опеку. Город спал, Игорь сказал, что в выходные ещё есть какая-то движуха возле клубов, но в будни всё вымирает, и молодежь бежит из города, потому, что ей совсем некуда себя деть. И плевать им на сказочный воздух в городе, который, хоть режь на куски и продавай в герметичных коробках.

Дорога оказалась средняя, а в районе Дружба, где находилась наша гостиница - просто ужасная. И когда перед нами загорелись буквы гостиницы "Амарис", я представила себе жуткое совковое обиталище и удивилась, попав в отличное пространство с комфортабельнейшим номером, итальянской сантехникой и огромной ванной. Номер на двоих стоил 2.600, но по всем признакам от халата до тапочек был явно выше трёх звезд. Нам предложили заранее заказать горячее блюдо на завтрак в плюс к шведскому столу. А утром вкусно накормили и напоили шикарным кофе, теперь ведь по всей стране понатыканы кофемашины, и скоро мы, как и задумал Пётр Первый, будем чаще уверены в качестве кофе, чем в качестве чая.

P1060110

P1060112


Братья Игорь и Вячеслав пригласили знаменитого местного краеведа Владимира Орлова. И он начал нашу экскурсию с центральной площади на берегу реки Ловати. Великие Луки второй по значимости город Псковской области, но вопросы к его мэру Виктору Волынцеву, бывшему спецслужбисту и кадровому офицеру-пограничнику возникают каждую секунду. И дело не только в дорогах и состоянии зданий-памятников, но в унылости центральной площади, обшарпанности многих улиц, словно у мэра либо очень слабое зрение, либо очень плохие оргспособности.

P1060114


Интернет изящно обходит место рождения Волынцева, напирая на его активную принадлежность к ЕР. И, видимо, Великие Луки для него адрес очередного назначения, и он не знает с детства каждого камня в городе. Даже при том, что фашисты уничтожили львиную долю памятников истории, а потом коммунисты навалились на соборы, из города можно сделать игрушку, тратя бюджетные деньги не только на вылизывание офиса ЕР, но и на дома-памятники вокруг него.

А нынче по ухоженности в городе стоят девяностые, при том, что настроена уйма ярких офисов и магазинов. Душу радует только красивейшая набережная реки Ловати и уютный центральный сквер с первым в мире цветным фонтаном.

P1060115

Поскольку исторические памятники либо уничтожены, либо активно уничтожаются с молчаливого согласия местной власти, Владимир Орлов - учитель истории и фанат своего края, показывал нам в основном военный мемориал. Потому, что на протяжении восьми веков Великие Луки, носят название города-воина, города-щита, западного опорного пункта, "русского оплечья" и ."Малого Сталинграда". А в годы Великой Отечественной войны здесь погибло девять десятых населения, и в лесах до сих пор взрываются немецкие снаряды.

P1060130

P1060131

Свадьбы традиционно посещают памятник Александору Матросову, а среди любителей истории появился башкир, утверждающий башкирское происхождение героя.

Владимир Орлов повез нас в Бастионную, земляную Великолукскую крепость, точнее в её останки из земляных валов, и показал фотографию того, что могло бы быть реконструировано.

P1060140

Крепостное укрепление, известное с 1198 года, обороняло страну от литовцев, полочан, поляков, шведов и французов. А последний 55-дневных бой с 25 ноября 1942 года по 17 января 1943 года был с фашистами и закончился их разгромом. Крепость, точнее, место, где она находилась, с 1960 года считается памятником федерального значения, но толку от этого нет.

Валы осели и заросли травой, между ними проложены пешеходные дорожки.

P1060149

P1060159

На «Неплюевском» бастионе, установлен памятник воинам, погибшим в боях, работы эстонского архитектора М. Порта.

P1060138

P1060150

Государственным комитетом Псковской области по культуре разработан план-график проведения работ по сохранению исторического памятника, но выделены на это копейки. Их хватает только на то, чтобы сплошь россияне в оранжевых жилетах - давно такого не видела - ухаживали за травкой и парком на крепостных валах.

Мысли о том, что красивейшую и важнейшую для российской истории крепость необходимо реконструировать, нет ни у кого. И выглядит она большой ямой, поросшей травой, на которую школьников приводят заниматься физкультурой. И чтобы понять, как этим подросшим школьникам любить город, историческое прошлое которого в травяной яме, надо просто представить на месте кремля заросшую яму с валами... В общем, грустно, что ни власть, ни общественность не пытается сделать этот объект исторически бережным и туристически привлекательным.

Потом Владимир Орлов повез нас на кладбище воинской славы, я не отбрыкалась только из вежливости, мне не понятно удовольствие разглядывания могил на Новодевичьем или Ваганьковском. Но здесь оказалось совсем другое, крайне скоромное и невероятно пронзительное пространство, уставленное простенькими цементными плитами и засыпанное осенними листьями.

P1060166

P1060176

Особенно рвала душу плита, посвященная расстрелянным детям, на которую современные дети приносят игрушки.

P1060185

А когда выезжали из города, нам показали кладбище заводов, выглядящее значительно депрессивнее кладбища воинской славы. Потому, что за двадцать лет со зданиями можно было хоть что-то сделать : перестроить в жильё, перепрофилировать в общежития, отдать под мастерские художникам и под студии музыкантам, и т.д. Но для этого надо любить свой город, хотеть оставить его в порядке своим детям и внукам и быть профессиональным управленцем. Тогда найдутся и деньги, и прочий ресурс.

И ведь не медвежий край Великие Луки, днями там с помощью ГЛОНАСС установлен водитель маршрутки, наехавший на пешехода и скрывшийся. Всё там на месте, кроме харизматиков во власти и гражданском обществе. Короче, из Великих Лук уезжала расстроенная тем, что местные не умеют, не хотят, не любят и не болеют за свой город. А ведь сколько маленьких городов по России отреставрировано и прибрано до сказочного состояния, и это становится решающим фактором, оставаться здесь молодежи или бежать без оглядки в безумие крупных городов. Ау, великолукские бизнесмены, создайте общество восстановления великой крепости в своих открыточно красивых местах, и внуки и правнуки будут гордиться тем, что ваши имена будут высечены на её стенах!

Продолжение следует.