July 23rd, 2014

Про книги, шмотки, камни...

Снималась сегодня в программе Сергея Николаевича, размахивала книгой "Испытание смертью" и замучила всех биографией Зои Воскресенской. Знакома с Сергеем по театральным восьмидесятым, и потому не воспринимаю как генерала гламурной прессы. Он и в застой был самым красивым театроведом - так элегантно как он, одевались только артисты, умеющие шить. Например, мой первый муж и Валера Гаркалин учились на одном курсе и жили в комнате общежития гнесинки на Полежаевской вместе со швейной машинкой. А потому имели по модным бархатным штанам из списанной кулисы и шикарным пиджакам-батникам того же происхождения. Но за Сережей Николаевичем не угадывалось никакой тайной швейной машинки, а когда он входил в буфет старого ВТО, начинающие артистки замирали с чашкой кофе в руках и шептались, что точно знают - он иностранец, бесповоротно женатый на театроведке Нине Агишевой, мол, везет же некоторым...
С тех пор изменилось всё, даже "ВТО". Иных уже нет, а неба в алмазах всё не видно. Кто-то из той тусовки сгорел от водки, кто-то стал великим артистом, а кто-то сумел это совместить. Кто-то ушел в попы, кто-то в дельцы, а кто-то и это совместил.
Сережа Николаевич вообще не изменился. Даже внешне. Как говорил классик - человек это стиль. Под финал программы он предложил мне блиц-опрос : жизненный девиз, главные достижения и т.д.. А я хотела спросить, Сережа, как тебе удавалось тогда так одеваться? Впрочем, ответ примерно знаю, вещи на нём были те же, что и на других, просто он умел их носить...

modern15_003_deadokey.livejournal.com

Кстати, съёмка проходила в одном из самых моих любимых домов Москвы - напротив Театра Корша, Петровский переулок,8. Изгажен особняк со страшной силой, внутри он совок совком. Спросила о реставрации, ответили, что два хозяина никак не разберутся, "у кого гучи круче". И не понимают, невежи, что войдут в историю только по-геростратовски.