?

Log in

No account? Create an account

Трансляция официального блога Марии Арбатовой в Гайдпарке

1 марта - 17:00 - Сретенка героев (Московский огонь)
arbatovagidepar
Оригинал взят у archnadzor в 1 марта - 17:00 - Сретенка героев (Московский огонь)
Лекция Рустама Рахматуллина в рамках спецкурса МАрхИ и курса Школы наследия

История домовладений изучает встречи в пространстве событий и людей, не обязательно встречавшихся во времени. Есть интуиция, что каждый дом находит и переменяет своих жильцов, от малых до великих, по сложно сочиненной фабуле. Назовем ее домовладельческой. Она есть частный или особый случай местной фабулы.

Большая Лубянка, древняя Сретенка, дом 14 – точка встречи судеб и событий, разведенных во времени на две сотни лет.

Время: 1 марта, 17-00

Место: Рождественка, 11 (МАрхИ, ауд. 301)

Регистрация (обязательна): Перейти к заказу билетов



Почему требования предъявляют не насильникам
arbatovagidepar
Оригинал взят у radulova в Почему требования предъявляют не насильникам
История изнасилования Дианы Шурыгиной разделила общество: одни поддерживают девушку, но гораздо больше людей считает решение суда несправедливым, а Семёнова — невиновным: петицию в поддержку молодого человека подписали более 250 тысяч человек. Сама Диана Шурыгина подверглась травле в социальных сетях и стала объектом мемов. С похожим отношением сталкиваются и другие жертвы насилия, истории которых стали публичными, например Анна Шатова и Ирина Сычёва. Девушек травили, им угрожали в соцсетях, их преследовали, издевались над ними.

Почему? Рассуждают Анна Сахарова и Александра Савина:

"По статистике центра «Сёстры», только 12 % женщин, переживших изнасилование, обращаются в полицию — и только 5 % дел в итоге доходит до суда. Чтобы доказать факт изнасилования, жертва должна пройти медицинскую экспертизу, где её заставляют подробно описывать всё, что произошло, и вновь вспоминать травмирующий опыт. Потом она нередко сталкивается с осуждением знакомых — одноклассников, коллег, соседей, — а если дело разбирают публично, как в случае Дианы Шурыгиной, то своё мнение высказывают и жители страны.

Тема изнасилования по-прежнему окружена множеством стереотипов: насильником в глазах общества может быть только незнакомец, нападающий на женщину в «тёмном переулке с ножом», хотя, по статистике, в 65 % случаев насильниками оказываются знакомые жертвы. Стереотипы касаются и того, как якобы должны вести себя жертвы насилия: они должны быть скромными, подавленными, внешне невинными и публично тяжело переживать то, что с ними произошло. Показания тех, кто не вписывается в этот образ, подвергают сомнению: «Разве это жертва? Что-то не похоже», «Наверняка она сама его спровоцировала» — и так далее.

Роль насильника почему-то становится второстепенной, а доказывать невиновность приходится уже самой пострадавшей

Если девушка не соответствует «эталону» жертвы и тому, какой её хотят видеть, окружающие часто считают, что она лжёт — или, по крайней мере, что-то недоговаривает. Нередко жертв обсуждают так, будто они сами являются преступницами: допрашивают с пристрастием, без оглядки на то, что они и так чувствуют себя уязвимыми и что вспоминать всё пережитое для них значит вновь травмировать свою психику. К душевному состоянию насильника в этом случае нередко относятся более трепетно: вступают в дело распространённые представления о том, что корыстные женщины хотят «сломать жизнь доброму человеку», или что девушка соглашалась на секс добровольно, но потом «передумала» и обратилась в полицию.

Получается абсурдная ситуация: роль насильника почему-то становится второстепенной, а доказывать невиновность приходится уже самой пострадавшей. И хотя процент ложных обвинений в изнасиловании крайне мал, компрометирующие видео, фотографии и факты чаще ищут именно на жертву, а личность и биография насильника остаются в стороне.

Жертвам насилия чаще всего предъявляют одни и те же обвинения — например, что, если они употребляли алкоголь в компании, они сами виноваты в произошедшем. Женщины якобы должны постоянно следить за своим состоянием, вести себя осторожнее и быть начеку — то есть соблюдать определённую «технику безопасности», иначе они станут лёгкой жертвой для насильника. Это создаёт впечатление, что женщины находятся во враждебной среде, а мужчины ждут первой же возможности воспользоваться их моментом слабости. Если доводить это мнение до логического итога, то получается, что мужчины в принципе не способны себя контролировать — и поэтому вся ответственность лежит только на женщине. Это, конечно, не так. То, что девушка пьёт алкоголь, — её личное дело. Каждый человек отвечает за собственные действия — и ответственность за секс с выпившей девушкой с мужчины не снимается, а, наоборот, растёт, потому что в состоянии алкогольного опьянения партнёр просто не может дать осознанное согласие.

Ещё одна популярная претензия к жертвам насилия — обвинение в «развратности». Консервативное общество считает, что невозможно изнасиловать девушку, которая часто меняет партнёров: якобы сексуально активная женщина своим поведением сама провоцирует насилие, а сочувствия заслуживает только невинная жертва. Но женщина вправе выбирать любую подходящую ей форму отношений и иметь сколько угодно партнёров: сегодня она может хотеть свободных отношений, завтра — моногамных, а через месяц быть не в настроении и ничего не хотеть. Ни одна из перечисленных моделей не делает её недостойной и заслуживающей насилия. Сколько бы партнёров ни было у девушки раньше, это не значит, что она хочет заниматься сексом против своей воли.

Изнасилование — это не наказание за неугодное обществу поведение, а преступление

Яркий макияж, одежда и откровенные фотографии в соцсетях тоже не являются приглашением к близости и не означают, что женщина заслуживает стать жертвой насилия. Не имеют значения и личные качества жертвы: если девушка кажется вам жестокой и меркантильной, это совершенно не означает, что она не могла подвергнуться насилию. Если жертва не выглядит несчастной и не плачет, это тоже не повод не верить её словам. На первый выпуск программы «Пусть говорят» Диана Шурыгина пришла с укладкой и ярким макияжем и не выглядела подавленной — из-за этого зрители заподозрили, что она врёт. Мы забываем, что разные люди переживают травмы по-разному: их первой реакцией могут быть не только грусть и страх, но и гнев, и тревога.

Именно из-за страха осуждения многие жертвы изнасилований не решаются рассказать о произошедшем — и публичные дискуссии о том, могла ли жертва своим поведением и внешним видом спровоцировать насильника, только усугубляют ситуацию. Честный и открытый разговор о насилии возможен только тогда, когда жертвы чувствуют себя в достаточной безопасности, чтобы говорить о пережитом, и знают, что они могут рассчитывать на поддержку — а не бояться осуждения.

Изнасилование — это не наказание за неугодное обществу поведение, а преступление. Каждый из нас вправе считать алкоголь, короткие юбки и секс до брака неприемлемыми лично для себя — но никакие личные стандарты не могут быть основанием судить других людей и поводом пренебрежительно относиться к жертве и её чувствам. Ни один из этих факторов не делает жертву виновной — она всегда заслуживает сострадания".


Все пишут о том, как американцы фоткали и аплодировали, завидев Обаму,
arbatovagidepar
выходящим из магазина на Пятой авеню. И мало кто пишет, что приехал он на шести машинах с выводком сепцслужбистов. Что улицу перекрыли, а магазин зачистили от покупателей.
Не помню подобного ни про отставного Горбачева, ни про отставного Ельцина.

Многие думают, что мода пренебрегать носками свежа,
arbatovagidepar
однако, завел её Альберт Эйнштейн. После смерти второй жены Эльзы, ему было всё равно как одеваться и раздражало, что носки рвутся на большом пальце. Собственно, он и наряжался до этого только, чтобы сделать приятное Эльзе. И став почетным профессором в Принстоне, Эйнштейн расхаживал по университету в толстовке и сандалиях на босу ногу.

Журналистка курдского телеканала Rudaw Шифа Гарди,
arbatovagidepar
освещавшая ход операции по освобождению иракского Мосула от террористической группировки «Исламское государство» (ИГ), погибла, подорвавшись на мине.

Важен перепост! На студента хотят повесить гибель 14 детей в Сямозере!
arbatovagidepar
«Почему из Валеры делают монстра? Ему надо было утонуть?»
Виновником трагедии на карельском Сямозере, где летом 2016 года погибли 14 детей, сделали 19-летнего студента
20:14 24 февраля 2017
Анна Бессарабова

Сразу после защиты диплома студент Валерий Круподерщиков может попасть в колонию. А чиновники, причастные к июньской истории, получили взыскания и продолжают отвечать за «безопасный детский отдых».

Дом семьи Круподерщиковых.
Узковатая, тесная для многодетной семьи квартира на втором этаже дома в карельском поселке Кончезеро. О беде в летнем лагере на Сямозере, о следствии, судах и о Валере Круподерщикове — студенте Петрозаводского педагогического колледжа, инструкторе злополучного лагеря — говорим с его мамой. 19-летний Валера — обвиняемый по уголовному делу о гибели 14 детей.
«Волны несколько часов выносили на берег до смерти замерзших детей». Репортаж с берегов Сямозера
«С прессой, мать, ты сама», — вжав голову в плечи отвечает мне отец семейства. Трагедию и то, что случилось после нее, он переносит с трудом: «почернел мужик». С Ириной остаемся одни.

Не мог отказаться
Ирина Круподерщикова рассказывает о летней практике старшего сына. Студенты сдали сессию. Валеру и его однокурсников послали в парк-отель «Сямозеро». Пригрозили: не согласишься — отчислим. А Валера — «целевик», учится по направлению, за него колледжу платит муниципалитет. Мама в декретном отпуске, отец — рабочий. Надо стараться, иначе родители будут вынуждены вернуть деньги.
Третьекурсника, будущего учителя физкультуры, назначили инструктором после недельного ликбеза на мелководье — он не посмел возразить. Отправили в поход без сопровождения взрослых — подчинился.

ТРАГЕДИЯ НА СЯМОЗЕРЕ
17 июня по распоряжению руководителей лагеря группа из 47 детей и четырех вожатых на двух каноэ и рафте отчалила от берега.
18 июня, после ночевки, ребята собирались доплыть до острова Фокенсуари, но попали в шторм. Лодки перевернулись.
В 15 часов 12 минут дети позвонили на пульт станции скорой медицинской помощи Суоярвской ЦРБ, но фельдшер Ирина Щербакова бросила трубку, не зарегистрировав вызов в журнале и не известив о нем экстренные службы.
Руководители лагеря сообщили о потерявшейся группе воспитанников 19 июня. Спасательная операция началась в 11 часов утра.
О шторме на Сямозере, об утонувших детях семья Круподерщиковых услышала от родственников: позвонила сестра Ирины.
— Мы были в Следственном комитете в Петрозаводске. Просили объяснить, где подростки и Валера, что с ними. Никто не вышел. Нас не пустили за турникет. А Валера уже сидел в СИЗО. Его доставили туда в мокрой одежде. В чем был, бултыхался в озере, в том и держали, — Иру трясет. Она прячет пальцы в рукава свитера. — Сын переоделся через сутки. Мы собрали одежду в общежитии, купили еды… Прокуратура на первом суде требовала взять Валеру под стражу. Пришли студенты, чтобы его защитить, преподаватели. Сына отпустили под подписку о невыезде.
Я ходила за людьми в форме: «В чем он виноват?» Ответили, что других «совершеннолетних детей» в группе нет. Но девушкам-вожатым тоже было по 19, и их после трех суток задержания освободили. Обвиняют только Валеру. Привлекают по двум статьям.
— По каким?
— Мы с отцом в них запутались. Там как-то сложно про услуги и про опасность (статья 238-я часть 3-я Уголовного кодекса РФ — «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц» и статья 125-я УК РФ — «Оставление в опасности» — А. Б.). Могут отправить в колонию-поселение на 3 года. А мой Валера тащил ребят из озера. Четырех спас. С пятым доплыл, но тот мальчишечка, как его вынесли, всё… не дышал. Со мной Валера об этом не говорит. Закрылся. Приезжает домой, никуда не выходит. Поседел. У него волосы пепельные такие, бегло глянешь — не заметишь, а стала стричь — увидела. Болел долго и сильно. У папы свое: запил. «Будь, что будет», — твердит. Егорка захворал. По всей семье ударило. Почему из Валеры делают монстра? Считают, что и ему надо было утонуть?
— У сына есть адвокат?
— Мы наскребли деньги и наняли Дмитрия Маслова как частного юриста, а он увидел, что перед ним голь, сжалился: попросил назначить его государственным (бесплатным) адвокатом. Валера ему верит.
Тайны следствия
По словам адвоката Дмитрия Маслова, с его подзащитного взяли подписку о неразглашении данных следствия. Получить какую-либо информацию в Следственном комитете невозможно: дела ведут петербуржцы, в Карелии они бывают редко, для СМИ закрыты.

КТО ВИНОВАТ? ВЕРСИЯ СЛЕДСТВИЯ
За 10 месяцев следствия обвинения предъявлено 5 фигурантам. Кто они?
Фельдшер станции скорой помощи Суоярвской ЦРБ Ирина Щербакова.
Против Ирины Щербаковой возбудили уголовное дело лишь после скандала в прессе. Московская учительница Марина Нефедова, знавшая ребят из карельского лагеря, и родители пострадавших поддержали детей, утверждавших, что во время шторма они звонили на телефоны экстренной службы. МЧС и чиновники Карелии долго доказывали, что «подростки преувеличивают», но, в конце концов, сдались. Суд над фельдшером, по чьей вине бригады спасателей добрались на место трагедии с опозданием на 20 часов, начнется 28 февраля.
Руководитель республиканского Роспотребнадзора Анатолий Коваленко.
Ему предъявлено обвинение по части 3 статьи 293-й УК РФ «Халатность». Глава ведомства еще в 2015 году знал о многочисленных нарушениях закона в парк-отеле «Сямозеро» и, тем не менее, в июне 2016-го выдал лагерю положительное заключение — фактически разрешение на работу. Коваленко содержится под домашним арестом и настаивает на том, что он невиновен.
Третьекурсника и руководителей фирмы, отправивших детей в водный поход на технически неисправных каноэ со спасательными жилетами для взрослых, несмотря на штормовое предупреждение, обвиняют по одним и тем же статьям УК РФ (238-я часть 3 «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности…» и 125-я «Оставление в опасности»).
Хотя в июне 2016 года глава карельского МЧС Сергей Шугаев заявил, что нельзя возлагать ответственность за случившееся на практиканта, не проходившего специального обучения для работы в лагере и не сдавшего экзамен по охране труда.
А где «должностные лица, причастные к трагедии»?
Дать правовую оценку их действиям председатель СК России Александр Бастрыкин обещал родителям погибших дважды — в июне и феврале.
Летом карельские чиновники вице-премьер республиканского правительства Валентина Улич, министр образования Александр Морозов, министр здравоохранения Ерванд Хидишян и министр труда и социального развития Ольга Соколова получили взыскания от экс-губернатора региона Александра Худилайнена.
«И всё? — удивлялись местные депутаты и общественники. — Но ведь мы с 2012 года обращались в правительство Карелии с претензиями к лагерю «Сямозеро». Парк-отель работал без лицензии на туристическую и образовательную деятельность. Власти это знали и ничего не предпринимали».
Как студенты двух учебных заведений Петрозаводска — педагогического колледжа и колледжа культуры и искусств — попадали на практику в лагерь Елены Решетовой? Без ведома руководства учреждений и министерства образования Карелии?
Кстати, после трагедии администраторы педагогического колледжа перевелись на преподавательскую работу… и вскоре уволились. Без следствия и суда.

В 2014—2016 годах парк-отель «Сямозеро» заключил 2 контракта с Министерством здравоохранения и социального развития Карелии и 6 контрактов с Департаментом труда и социальной защиты населения Москвы на общую сумму около 90 миллионов рублей.
По информации Федеральной антимонопольной службы, лагерь зарабатывал деньги за счет госконтрактов: благодаря картельному сговору фирма выигрывала конкурсы на организацию детского отдыха. В тендерах традиционно участвовали парк-отель «Сямозеро», принадлежавший Елене Решетовой, и компания ее матери «Karelia-Open».
Летом 2016 года, накануне выборов в российский парламент, помощник депутата Мосгордумы Андрея Клычкова Юрий Урсу обратился в СК России с требованием привлечь к уголовной ответственности заместителя руководителя Департамента труда и социальной защиты населения Москвы Татьяну Барсукову. Он выяснил, что подпись чиновницы стоит на всех технических заданиях, содержание которых в точности совпадает с перечнем услуг парка-отеля «Сямозеро», опубликованным задолго до проведения аукциона.
«Заказчик целенаправленно с 2014 года подгонял документацию под конкретного поставщика», — настаивал Юрий Урсу.
Как карельский отель «Сямозеро» выигрывал конкурсы на детский отдых: документы
В июле Татьяна Барсукова сняла свою кандидатуру с выборов в Госдуму, но сохранила должность в департаменте. СК России ответил на петицию помощника депутата и еще 1407 человек формальной отпиской.
Спустя 10 месяцев после трагедии появилось только одно судебное решение — арбитражного суда Москвы по иску Департамента труда и соцзащиты столицы. Он взыскал с карельского лагеря «Сямозеро» в пользу департамента штраф «по государственному контракту» — 2,26 млн рублей.

Диплом и приговор
Зимой Валера Круподерщиков получил извещение о продлении следственных действий до 19 апреля. В мае у него защита диплома.
«Если приговор вынесут до выпускного, буду отбывать наказание и выплачивать району деньги за невыполнение договора, — говорит Валера. — Если защищусь раньше, все равно нужно отдавать средства, потому что год я должен отработать в сельской школе, а тут колония».
Передо мной стоит ребенок. Большеглазый, невысокий. Пинает ногой снег. На встречу в центре Петрозаводска он пришел с девушкой и другом. Они наблюдают за Валерой, мы беседуем. До «Новой газеты» Круподерщиков никому не давал интервью.
— Потому что сочиняют. Надоело читать и смотреть. Те, кто был на Сямозере, знают правду. А остальным-то что? Я никого ни в чем не обвиняю. Кто допустил трагедию, им тяжело наедине с совестью… наверное.
— Спасшиеся ребята говорят, что вожатые — ты, Люда Васильева и Регина Иванова — держали их на себе, чтобы дети не ушли под воду. Вчера звонила 14-летнему Саше Брауну, он был на Сямозере. Подтверждает: «Валерий ни в чем не виноват. Он никого не бросил, тащил ребят на берег».
— Тащил… Были огромные жилеты. В обхвате — два меня. Дети выскальзывали, бились в панике… Когда перевернулась лодка, махом понял, что всех ждет и что будет с выжившими.
Спросить Круподерщикова, почему тебя судят вместе с руководителями лагеря, почему следователи отпустили других вожатых, значит, вынудить Валерия нарушить подписку о неразглашении. Поэтому звоню, пишу его однокурсникам, друзьям, знакомым. Кто-то ищет повод остаться в стороне, кто-то боится навлечь на себя неприятности. И есть готовые защищать парня.
— Такие и летом были с Валерой на суде. Любой из учащихся колледжа мог оказаться на его месте. Не сами же студенты устроились в лагерь, их на Сямозеро послали, — объясняет родная тетя Валерия Оксана Смирнова. — Почему завели дело на Валеру и не завели на его ровесников-вожатых? Девочек задержали днем позже. Валеру взяли первым. Быстро прогнали через суд, а через сутки Петрозаводск встал на дыбы: «Почему обвиняют детей?» Девочек отпустили. Но Валере уже назначили меру пресечения. Семья бедная, заступников нет. И нужен обвиняемый. Привлекли за «оказание услуг», а какие услуги мог оказывать пацан-практикант? Дирекция лагеря якобы предъявила фотографию договора. Нам ее не показывают. Настоящий он или липовый, как все их лицензии? Что в нем? Фамилию Валеры следствие дает в общем списке с руководителями, пишут везде, что он инструктор. Возраст и место учебы не указывают. С чего начинается Валеркина жизнь? С Сямозера и судимости?
— Знаем Валеру. Сочувствуем ему, но не надо вмешиваться, — строго сказали мне сотрудницы педагогического колледжа, которым я звонила, разыскивая Круподерщикова. — Пускай разбирается следствие.
Хотела узнать, что об этом думает уволенный заместитель директора учебного заведения Наталья Шевелева, отправившая учащихся в лагерь «Сямозеро», угрожая за отказ отчислением («Новая газета» писала об условиях практики в июне). Связалась с Натальей Валерьевной в «ВКонтакте», и тут же была заблокирована.
Запись на «стене» педагога гласит: «Случилось хорошее — благословляй Бога, и хорошее останется. Случилось плохое — благословляй Бога, и плохое прекратится». А один из ее недавних постов призывает «спешить делать добро».https://www.novayagazeta.ru/articles/2017/02/24/71608-pochemu-iz-valery-delayut-monstra-emu-nado-bylo-utonut

Полицейская фиксация на анальной стадии
arbatovagidepar
Пригород французской Парижа охвачен беспорядками, возникшими после изнасилования сотрудниками полиции жителя коммуны Оне-су-Буа - 22-летнего марокканца, сотрудника службы соцобеспечения, назвавшего себя журналистам «Тео»..
Никто из нас не забыл, как в Казанском отделении полиции подозреваемого в краже телефона изнасиловали бутылкой из-под шампанского.
На весь мир прогремела история про то, как американец Дэвид Эккерт нарушил правила, выезжая с парковки, но полицейским показалось, что «он сжимает ягодицы» и прокурор выписал ордер на обыск ануса. Врач в ближайшем городке отказался его проводить, и Эккерта повезли в соседний городок, где обыск не дал результата. После этого Эккерту сделали рентген брюшной области, и снова ничего не обнаружили. Тогда сделали клизму, заставили Эккерту сходить в туалет в присутствие полицейских и врачей, но тоже не обнаружили наркотиков. После этого Эккерту ввели наркоз и провели колоноскопию, во время которой трубка с камерой была вставлена в анус, но тоже не обнаружила наркотиков. Всё это время Эккерт протестовал, требовал адвоката и отказывался от медпроцедур. Позже Эккерт выиграл суд против городской администрации, полицейских и окружного прокурора, оценив психологическую травму в 1 600 000 долларов.
Он оказался не единственной жертвой этого отделения полиции - остановленный за неисправные указатели поворота Тимоти Янг был отправлен на те же принудительные медицинские процедуры, что и Дэвид Эккерт, и ровно с тем же результатом...

Александр Сокуров: "Настало время сказать церкви, чтобы она оставила в покое государство"
arbatovagidepar
Оригинал взят у philologist в Александр Сокуров: "Настало время сказать церкви, чтобы она оставила в покое государство"
В Санкт-Петербурге продолжается противостояние вокруг Исаакиевского собора, несмотря на решение губернатора о передаче сооружения в ведение Русской православной церкви. Александр Крижевский из «Газеты.Ru» поговорила об этой проблеме и ее восприятии в городе на Неве с кинорежиссером и общественным деятелем Александром Сокуровым.


Режиссер Александр Сокуров / ТАСС

— Александр Николаевич, мы стали свидетелями противостояния двух общественных групп в Петербурге: одна взяла Исаакий в кольцо, чтобы защитить его от передачи РПЦ, а другая ходила крестным ходом с молебном как раз о его передаче. В какой мере добровольно люди из обоих этих лагерей оказались там?

— Люди с синими лентами, пришедшие защитить Исаакий, — это стихийная общественная реакция, их туда никто насильно не сгонял, они пришли сами. Люди, которые ходили крестным ходом, — они могут быть не менее убежденными, но, как мне кажется, они оказались там после централизованной оргработы по их мобилизации в приходах. РПЦ, как мне представляется, организация с жесткой, почти военной дисциплиной. Это, по сути, новая партия — по принципу своего функционирования, по крайней мере.

Read more...Collapse )

Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy

- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграмм: http://telegram.me/podosokorsky